Пищаль князя Катырева-Ростовского, 1614 г.

БояринСо второй половины XVIII в. начала особенно расцветать ружейная охота как у нас, так и во всей Европе; поводом тому было, в известной степени, упрощение и усовершенствование кремневого замка, достигшего предельного совершенства во французской батарейной системе; в частности же у нас в России увлечению охотой сильно способствовало развитие праздного усадебного быта, особенно — после указа о вольности дворянства 1762 г. Спросу па хорошее охотничье ружье далеко не удовлетворяло производство его; особенно затруднительно было угодить стволом: хорошее охотничье ружье должно быть прикладистым и обладать балансом, а для этого от ствола требуется не только прочность, но и легкость, не говоря уже о точности боя. Наши казенные оружейные заводы, вполне качественно удовлетворявшие спросу па строевое оружие, не могли удовлетворить тонкого любителя-охотника.

Были отличные русские мастера, но их было мало, и работа их стоила дорого. Поэтому в XVIII в. особенно часто встречается использование старых, выверенных, прославленных своими качествами стволов, с приспособлением их к новому ложу с новым замком. К числу таких модернизированных ружей принадлежит охотничье кремневое ружье второй половины 17 в. . Замок французский,  гравирован обычными для этого времени изображениями военных трофеев. Ложе того же времени, розоватого дуба, с шейкой, резанной в виде дельфина. Прибор железный.
Ствол ружья совершенно не вяжется с остальными его частями: это — старый восточный ствол, турецкой работы конца XVI — начала  XVII в. Подобные стволы в описи Московской Оружейной Палаты значатся сделанным из «красного железа», т. е. не просто продольно сваренными, а изготовленными из полос железа, волокна которого идут питой лентой вокруг оси ствола. Это старинное кремневое ружье особенное. Длина 124,5 см, калибр 16 мм. Хвост приварен впоследствии. Ствол круглый, без нарезов; в средней его части чуть намечены мелкие затертые грани. У дула небольшое утолщение, обделанное в. виде лепестков цветка, насеченных по контурам медью; медью же насечен поясок, а два других пояска даны просто углубленными. Дуло выделано исходящим из пасти зверя, с глазами, насеченными медью, и ушами. Мушка медная. Треть ствола к казне украшена шестью продольными узенькими полосками — путиками.

Пищали


Сверху выбита продолговато-стрельчатая марка с именем мастера арабскими буквами (рис. 3); буквы весьма расплывчаты и без большой достоверности допускают прочесть имя: Саиб-Гирей. Над самой казною низкопробным серебром насечена русская надпись в шесть продольных строк, полууставом, ограниченная по концам врезанными поперечными жгутиками.
Своей точной датой — 8 ноября 7123—1614 г. — надпись связывает, наш ствол с известным историческим лицом, князем Иваном Михайловичем Катыревым-Ростовским, автором интересной «повести о Смутном времени», написанной в 1626 г.
Кн. Иван Михайлович быт последним представителем своего рода -- «большого» боярского. Про Катыревых говорили, что они «в разряде велики живут», и считали их самыми «великими» из всех многочисленных ростовских князей. Отец кн. Ивана, кн. Михаил Петрович, был одним из воевод при Грозном, Федоре и Борисе и умер па воеводстве в Вел. Новгороде в 1606 г. Князь Иван Михайлович начал свою службу еще при жизни отца, вместе с ним подписался под грамотой, утверждающей избрание на царств:) Бориса Годунова. Женился он на Татьяне Федоровне, дочери боярина Федора Никитича Романова, впоследствии патриарха Филарета. Однако живое свойство с будущей династией длилось не долго, так как, овдовев в 1611 г., кн. Иван Михайлович женился вторично.
Впервые он появляется на придворных церемониях при царе Борисе и носит чин стольника. Оставался он при дворе и у Лжедимитрия и был на свадьбе его в 1606 г. Через два года, в 1608 г., он участвует в свадебном поезде царя Василия Ивановича Шуйского, который женился на родственнице Катыревых-Росговских — М. П. Буйносовой. По это новое свойство не избавило кн. Ивана от неприятностей: в том же 1608 г. оп был обвинен царем Василием в измене (яко бы ради второго самозванца) и вместе с кн. Ю. Трубецким и Троекуровым сослан. «Измена» эта не была действием беспринципного «перелета», каких тогда было много, перебегавших из Тушина в Москву и обратно. Как убедительно доказывает Платонов, это была серьезная группировка боярских сил романовской ориентации. Ссылка кн. Ивана Михайловича была дальняя, но милостивая: оп был послал па воеводство в Тобольск, в каковой должности п состоял до освобождения Москвы от поляков. В 1612 г. бояре из полков, стоявших под Москвой, вызвали Катырева из Сибири и на избирательной грамоте Михаила Федоровича уже стоит его подпись.
При новом государе началась служба кн. Ивана придворная и военная; в  числе стольников оп часто упоминается в разрядных книгах: так уже летом 1614 г. оп был назначен первым воеводою большого полка па Тулу против татар. В 1615 г.. когда татары грозили даже Москве, ему была поручена защита Замоскворечья, и он опять был первым воеводою большого полка. В 1616—17 гг. оп «смотрел в большой стол» на дворцовых обедах аглицкому послу Ивану Мерику. После этого краткого перерыва ради исполнения придворных обязанностей по представительству перед иноземцами, мы снова видим кн. Ивана на военной службе: в 1618 г., с весны и до зимы, он сиять ведает обороной Замоскворечья от поляков; с весны 1619 г. он снова послан в Тулу против крымцев — в обоих случаях первым воеводою.
В 1622 г. Катырев именуется («дворянином Московским» и с тех пор в перечнях дворян всегда пишется первым. В 1622—29 гг. он жил в Москве, ходил за государем в походе па богомолье, присутствовал на первой и второй свадьбе царя Михаила и на других придворных церемониях, часто обедывал у царя и у патриарха, словом был ближним «комнатным» человеком. За этот спокойный период написана была его «повесть».
В 1630 г. он получил было назначение на постоянную должность — начальником Владимирского Судного Приказа; однако в 1632 г. был послан первым воеводою в Новгород; 1637 г. он опять в Москве, и его имя уже только изредка встречается при описаниях посольских приемов и придворных обедов. В конце 1640 г. кн. Иван Михайлович скончался в Москве в прежней своем чине Московского дворянина, так и не достигнув боярства.
Обратимся к его пищали. Дата на ней — ноябрь 1614 г. — совпадает со временем воеводства князя в Туле. От этого времени дошла грамота царя Михаила Федоровича к князю Ивану Михайловичу, в которой ему поручается в заботах о лучшей постановке оружейного дела урегулировать отношения между посадскими людьми и слободскими кузнецами в Туле. Таким образом дата указывает еще и па вероятное место изготовления пищали: это Тула, в то время еще только начинающий развиваться центр железоделательной и оружейной промышленности
Дальнейшая история пищали неизвестна. Однако каждый предмет, как памятник материальной культуры, для умеющего читать иероглифы истории, есть сгусток взаимоотношений, сил и устремлений своего времени.

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить

                                       Рейтинг@Mail.ru