Оборона Смоленска -- первый шаг освободительного движения Руси

СмоленскВ начале семнадцатого столетия казалось, что Московской государственности пришел конец. В  1608 году на земли русские  хлынула вторая волна польских интервентов, пытавшихся завладеть Москвой и посадить царем второго Лжедмитрия. А в 1609 году на Россию надвинулась еще более мощная третья волна польских интервентов, возглавлявшаяся самим королем Сигизмундом  и крупнейшими польскими и литовскими магнатами.


   Русские дворяне и бояре, напуганные страшным призраком крестьянской войны и убедившиеся в слабости московского правительства, стали переходить на сторону поляков, только от них ожидая окончательного подавления мятежных крестьян и холопов.
   Польские интервенты оказались еще более свирепыми врагами русских крестьян, чем были сами русские помещики. Но вместе с тем поляки показали себя и опаснейшими врагами всех посадских людей как „лучших", так и „меньших". Вследствие этого стал вновь возрождаться союз посадских и крестьян, но теперь уже инициатива исходила из среды посадского мира и вождями блока выдвинулись посадские люди.
   К этому блоку также примкнула некоторая часть дворянства и бояр, выдвинувшая таких замечательных борцов за родину, как смоленский воевода боярин М. Б. Шеин и командующий вторым нижегородским ополчением князь Д. М. Пожарский.
   Нужно сказать, что объединение национальных сил в форме посадско-крестьянского блока, с вовлечением в него, где это оказалось возможным, некоторой части дворянства, проходило вначале довольно медленно и не везде посадские миры русских городов сразу разбирались в обстановке. Первым городом, правильно понявшим свою политическую задачу и выступившим непримиримым врагом польских интервентов и русских изменников, был Смоленск.
   Смоленская оборона, начавшаяся 1 октября (20 сентября старого  стиля) 1609 года, показала полякам, что в России сложилась какая-то новая общественная сила, которая, вопреки изменническому поведению дворян и бояр, взяла в свои руки судьбу страны и решила защищать ее до последнего издыхания. Это было величайшей неожиданностью, спутавшей все карты в игре польских интервентов.
   Как и всякое новое общественное явление, оно на первых порах не было в полной мере оценено даже самими русскими. Только к концу 1610 года героический Смоленск получил среди остальных русских городов всеобщую славу непоколебимого борца за родину, сумевшего на деле осуществить объединение народных сил для борьбы с внешними врагами.
   Оборона Смоленска стала политическим лозунгом и практическим уроком борьбы русского народа против интервентов. В этом и заключалась величайшая историческая заслуга Смоленска в 1609—1611 гг.
   Посадский мир Смоленска сумел раньше других городов сумел раньше других городов организовать посадско- крестьянский оборонительный блок и создать народную армию обороны. К этому в Смоленске были свои особые причины.
   Польские интервенты в 1613 году вынуждены были признать свое поражение от объединенных сил русского народа. Один из организаторов и вдохновителей польской интервенции в России, литовский канцлер Лев Сапега, на сейме 1613 года говорил: „Разве когда-нибудь наши предки мечтали о том, что московская столица будет в руках короля польского и займется его людьми, а весь народ московский принесет королевичу польскому Владиславу верноподданническую присягу… А в конце концов и престол, и все царство Московское было из рук выпущено и даром потеряно, Речь Посполитая, корона польская обременена бесполезно неоплатными долгами, государства опустошены, Речь Посполитая вовлечена в вечную войну с этим народом и в большие опасности с других сторон; на короля. польского и на королевство его навлечены большое бесславие, позор, посрамление и прискорбное поношение. Исследовать бы надо тщательно, как это случилось? По чьему совету? Кто тому причиною?"
   Лев Сапега верно констатировал факт крушения польской интервенции в России, так как этот факт для всех был очевидной истиной, но зато причины поражения не были в такой же степени ясными и очевидными. Здесь открывался широкий простор для всяких догадок и предположений. Сам Лев Сапега всю вину за поражение сваливал на плохих советников короля и на тех панов, которые проявили особое зверство по отношению к русским. Он говорил: „А народ московский, с которым со временем могла бы статься такая же уния, как и с литовским, не только отдалили от королевича и от приязни с народом польским, но и возбудили, раздразнили и СВОИМИ насильственными поступками заставили его, разбившегося было на много частей, прийти к соглашению и единению"
   Конечно, не зверства поляков послужили главным толчком к объединению русского народа. Причины объединения народных масс и, в конечном счете, причины поражения поляков лежали значительно глубже. Они были заложены в оборонительном союзе земских людей, который впервые сформировался в осажденном Смоленске и оказался настолько мощным, что выдержал тяжелейшую 20-месячную осаду.

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить

                                       Рейтинг@Mail.ru