Иконописцы Оружейной палаты Московского Кремля

ИконаСемнадцатый век являлся переломным в истории русского государства. Он завершил развитие Древней Руси и положил начало новой истории — истории Государства Российского. В течение этого столетия произошли события огромной исторической важности, определившие пути дальнейшего развития страны, характер ее политико-экономической и культурной жизни. К наиболее значительным из них можно по праву отнести разгром польско-литовской интервенции (1613) и завершение централизации государства, воссоединение Украины с Россией (1654), реформы русской православной церкви, приведшие ее к расколу, утверждение во главе русского государства Петра I и проведение им коренных преобразований во всех областях жизни, в основе которых лежала ориентация на Западную Европу.


В искусстве, как и в других сферах жизни, начиналось постепенное утверждение светского начала, что особенно ощутилось в конце столетия.
Этот процесс был обусловлен не только усиливающимся западноевропейским влиянием — сама логика развития русского искусства приводила к поискам новых путей. Новые тенденции отразились в исканиях таких ведущих теоретиков искусства и художников, как Иосиф Владимиров и Симон Ушаков, чей основной тезис — писать «как в жизни бывает» — повлек за собой изменение всей системы иконописания. Вместо традиционных силуэтных изображений появились изображения объемные, вылепленные светотенью, вместо традиционных притененных ликов — «световидные» образы, вместо пространства условного — достаточно конкретное, построенное по законам прямой перспективы.
Формируется иной взгляд на задачи и цели искусства (в частности, иконописания), которые определяются как «жизнь памяти, памятник прежде жившим, свидетельство прошлого, возглашение добродетелей, изъявление силы, оживление мертвых, бессмертная хвала и слава, возбуждение живых к подражанию, воспоминание о прошедших делах» (С. Ушаков).
Центром художественной жизни страны с середины XVII века становится Оружейная палата Московского Кремля.
После разгрома польско-литовской интервенции на территории всего государства и особенно в столице развернулось оживленное строительство. Большие работы шли и в самом Кремле. Значительный приток в Москву наряду со строителями и иконописцев вызвал необходимость в организации и направлении их деятельности.
С этой целью около 1620 года создается Иконный приказ с Иконной палатой. Спустя двадцать лет приказ был расформирован, а Иконная палата вошла в состав Оружейной палаты Кремля, став Иконной мастерской со своей структурой и определенной системой распределения заказов. Одни иконописцы состояли в штате Оружейной палаты на постоянном годовом жаловании и именовались жалованными. Другие призывались к работе периодически, и расчет с ними производился поденно. Они назывались кормовыми и делились на мастеров первой, второй и третьей статей. Кормовыми могли быть как московские, так и иногородние иконописцы.

Воскресение

Воскресение — Сошествие во ад 1693.
Билиндин Петр, Соломонов Николай, Короб Петр
 

Круг работ, выполняемых теми и другими мастерами, был достаточно широк: роспись соборов и жилых палат («стенное» письмо); написание и починка икон, знамен; украшение бытовых предметов (роспись столешен, шахматных досок, древков, деревянных пасхальных яиц и т. п.); создание миниатюр.
По специальностям иконописцы делились на знаменщиков (рисовальщиков) и травщиков (мастеров декоративного письма), писавших одежды («доличное») и лики («личное» письмо).
Помимо Иконной мастерской богомазы входили в состав Посольского, Золотого и Серебряного приказов.
Расцвет Иконной мастерской приходится на 1650—1680 годы и во многом связан с деятельностью Симона Ушакова, возглавлявшего ее с 1664 года. В этот период Оружейная палата сконцентрировала лучшие иконописные силы России. Здесь обретали конкретные формы выражения новые идеи и представления о характере и задачах искусства. Здесь же продолжали жить и традиционные формы, постепенно наполняясь новым содержанием и видоизменяясь. Работая бок о бок с иностранными художниками, русские иконописцы, воспитанные в традициях канонического художественного мышления, постепенно обращаются к опыту западноевропейского искусства. Все увереннее они используют законы прямой перспективы, анатомии; плоскостная трактовка в их работах уступает место объемной, светотеневой.
С формированием светского мировоззрения возрастала роль эстетических критериев в оценке иконы, а также авторитет ее создателя — иконописца. Осознавая себя как творческую личность, мастера все чаще подписывали свои работы — то, что ранее было исключением, постепенно становилось своеобразной нормой.
Среди представленных на выставке работ пять имеют авторские подписи. Самая ранняя из них — «Похвала Богоматери». Об ее авторах сообщает надпись на нижнем поле иконы: «…А писали сий образ Оружейнай полаты иконописцы в лета    сего года… Козлов, Иван Володимеров, Федор Тимофеев, Никифор Хомутов, Иван Володимиров, Борис Володимиров».
Федор Козлов был, вероятно, главой артели. В словаре А. И. Успенского (основном источнике сведений об иконописцах Оружейной палаты) первое упоминание о мастере относится к 1652 году, когда он становится жалованным иконописцем Оружейной палаты. В следующем году ему был положен оклад «против Симона Ушакова», то есть по мастерству он приравнивался к последнему. Надпись же на иконе «Похвала Богоматери» говорит о том, что уже в 1644 году Федор Козлов был мастером Оружейной палаты, вероятно, кормовым. Кроме того, икона «Похвала Богоматери» увеличивает число известных работ иконописца (в собрании Государственной Третьяковской галереи имеется еще одна подписная работа Ф. Козлова — «Вход в Иерусалим» из праздничного ряда иконостаса церкви Покрова в селе Братцеве, выполненная в 1673 году).
Иван Володимеров-«больший» — один из ведущих мастеров Оружейной палаты второй половины XVII века. Известно, что с 1656 года он числился в Оружейной палате кормовым иконописцем третьей статьи, а с 1673 года — первой (см. словарь А. И. Успенского). И. Володимеров расписывал стены в царских хоромах и соборах Московского Кремля, был миниатюристом, а в течение шести лет (1662—1668) — знаменщиком (рисовальщиком) Серебряной палаты. Таким образом, икона «Похвала Богоматери» — одна из ранних работ И. Володимерова, а надпись на ней дает основание предполагать, что в числе иконописцев Оружейной палаты мастер состоял не с 1656-го, а с 1644 года.

Шествие

Вход в Иерусалим Конец 1680-х — начало 1690-х годов
Семенов Петр, Билиндин Петр, Соломонов
Николай, Коробов Петр, Иванов Максим


Сведения о Федоре Тимофееве достаточно скупы. Он был и царским, и патриаршим иконописцем. В 1642—1643 годах числился кормовым. Вероятно, во время написания «Похвалы Богоматери» Тимофеев также был кормовым иконописцем.
Он исполнял, главным образом, «Спасовы и Богородичные» иконы, работал как знаменщик, расписывал стены соборов Московского Кремля.
Надпись на иконе позволяет уточнить сведения и о Никифоре Хомутове, который до сих пор был известен как иконописец Оружейной палаты только с 1660 года.
Об Иване Володимирове-«меньшем» до нас дошло больше упоминаний, нежели о его брате Борисе. Он был кормовым иконописцем Оружейной палаты третьей, затем второй статьи. Все вошедшие в словарь А. И. Успенского работы И. Володимирова относятся к 1660—1670-м годам, следовательно, останкинская икона— одно из ранних произведений—указывает на его принадлежность к мастерам Оружейной палаты уже в 1640-е годы.
О Борисе Володимирове известно крайне мало. Последнее упоминание о нем относится к 1666 году.
Возможно, что «Похвала Богоматери» — первый или один из первых опытов совместной работы названных мастеров. Насколько можно проследить по документам, Федор Козлов, Никифор Хомутов и Иван Володимеров-«больший» периодически объединялись для совместной работы на протяжении последующих шестнадцати— восемнадцати лет. А творческое содружество И. Володимерова-«большего» и И. Володимирова-«меньшего» длилось более тридцати лет.
Заказчиком иконы назван Федос Саввич Нарбеков. Так он именуется в надписи, существующей в настоящее время и подвергавшейся неоднократным поновле-" ниям. В словаре А. И. Успенского, где дано полное описание памятника, имя заказчика трактуется как Федор. Именно Федор (а не Федос) Саввин Нарбеков указан и в справочном издании П. И. Иванова «Алфавитный указатель фамилий и лиц, упоминаемых в боярских книгах…». Федор Саввин Нарбеков был стряпчим (1640), стольником (1658—1676), думным дворянином (1682—1688), окольничим (1691—1692), то есть обладал высокими дворцовыми чинами XVII века. Однако по надписи на иконе можно судить, что Ф. Нарбеков стал стольником в 1644 году, гораздо раньше, нежели об этом свидетельствует «Указатель» Г. И. Иванова.
По лаконизму иконографии, характеру написания (условность пространства, плоскостность, традиционность типов ликов, сдержанное цветовое решение — доминирует охра, почти полностью отсутствует позолота) «Похвала Богоматери» тяготеет к памятникам начала XVII века. Однако при плоскостности общего решения в трактовке фигур и ликов появляется объемность, которая станет характерной чертой живописи второй половины столетия.
Большой интерес представляют собой иконы из иконостаса церкви Воскресения «в Кадашах» (1687—1695). Три из экспонируемых на выставке имеют авторские подписи.

Распятие

Распятие 1671
Максимов Иван


Обстоятельная надпись на иконе «Воскресение — Сошествие во ад» (1693) сообщает имена не только иконописцев, но и заказчиков: «Лета сего совершися сей пречестный образ в месяце ноябре по любому моему обещанию гостя Логина Кондратьева сына Добрынина и тоя церкви сослужителей иереов Феодора Михайлова и Феодора Назарцева писали изографы государския полаты Петр Билиндин, Николай Соломонов, Петр Короб».
Петр Билиндин и Николай Соломонов — хорошо известные мастера Оружейной палаты. Петр Федоров Билиндин в 1678 году стал учеником Симона Ушакова и выставлялся им в качестве кандидата на вакантное место жалованного иконописца: «иконописное письмо пишет самое доброе мастерство». С 1689 года П. Билиндин — жалованный иконописец. Рассматриваемая икона и другие, выполненные им для иконостаса церкви Воскресения,— одни из первых работ П. Билиндина как жалованного иконописца.
Николай Соломонов «сын Бургаров» был учеником иконописца Оружейной палаты Георгия Зиновьева.
О Петре Коробе (по другим работам — Петре Семенове Коробове) сведений не обнаружено. При исследовании произведений из иконостаса церкви Воскресения, находящихся в собрании Останкинского музея, определились имя, отчество и фамилия иконописца, а также круг работ, автором или соавтором которых он являлся (в настоящее время их известно четыре).
Процессы, происходившие в русском искусстве второй половины и конца XVII века, продолжили свое развитие и в XVIII столетии. Однако если в конце
XVII века религиозное искусство вступило в стадию завершения своего исторического развития, но при этом преобладало над светским, находившимся в процессе формирования, то в следующем столетии это соотношение меняется. Преобразования Петра Великого, бурное развитие науки, все более тесные контакты с европейскими странами способствовали укреплению светского мировоззрения. Быстрыми темпами развивается светское искусство, наряду с ним продолжает жить религиозное. Однако, перестав быть единственным, оно останавливается в своем поступательном развитии. Оружейная палата теряет значение центра художественной жизни. Ведущей становится школа живописного письма, а не иконопись. Тем не менее и в XVIII веке на фоне активного развития нового искусства шли поиски путей возрождения былого величия иконописания. {jcomments on}

                                       Рейтинг@Mail.ru